Судом первой инстанции установлено, что 23 августа 2022 года Г. заключила с Министерством социально-демографической и семейной политики Самарской области социальный контракт. В соответствии с его условиям она получила социальную выплату в размере 336471 рублей на основании закона Самарской области «О социальной помощи в Самарской области». Указанные средства предоставляются малоимущим гражданам, находящимся в трудной жизненной ситуации, для осуществления предпринимательской деятельности (оказание услуг шиномонтажной мастерской). Согласно условиям социального контракта Г. была обязана в установленный планом мероприятий по социальной адаптации срок приобрести необходимое оборудование для осуществления предпринимательской деятельности.

Получив денежные средства Г. представила отчет получателя социальной помощи о выполнении мероприятий программы социальной адаптации, приложив к нему заведомо ложные и недостоверные сведения в виде кассовых чеков и товарных накладных о якобы приобретенном ею оборудовании для шиномонтажной мастерской. Тем самым она совершила хищение денежных средств в крупном размере путем представления заведомо ложных и недостоверных сведений.

Несмотря на доводы осужденной и её защитников о невиновности Г., суд апелляционной инстанции не нашел оснований для её оправдания.

Предметом хищения являлись денежные средства, предоставляемые малоимущим гражданам, в том числе индивидуальным предпринимателям, на развитие бизнеса и приобретение необходимой техники. Поскольку по условиям социального контракта, заключенного с Г. в рамках реализации программы социальной адаптации, данные средства предоставлялись в качестве социальной помощи для создания условий осуществления индивидуальной предпринимательской деятельности, Самарский областной суд переквалифицировал действия Г. на ч. 3 ст. 159 УК РФ как мошенничество, то есть хищение чужого имущества путем обмана, совершенное в крупном размере.